Подпишись!

Сергиев Посад. Новости

Возьми газету бесплатно

Яндекс.Погода

четверг, 27 февраля

пасмурно0 °C

Год кино: Однажды летом в Абрамцеве-2

11 авг. 2016 г., 11:10

Просмотры: 667


Аллеей парка шёл мне навстречу чуть сгорбленный лысоватый старичок, опираясь правой рукой на клюшку, какие дают либо в хирургических, либо в ортопедических кабинетах. Хрипловатым голосом старичок остановил меня, спросив, где можно найти директора музея. Я сказал, что его не надо искать, он перед ним, и поинтересовался, по какому поводу ему нужен.

 Старичок назвал себя, — Владимир Викторович Немоляев, отец популярной актрисы Светланы Немоляевой, приехал погостить к дочери и зятю, Александру Лазареву, которые только что обосновались в посёлке Ново-Абрамцево.

Я знал, что Немоляев известный сценарист советского экрана, один из авторов знаменитого фильма «Свинарка и пастух» с В.Зельдиным и М.Ладыниной в главных ролях. А всего в советское время по его сценариям поставлено не менее 20 фильмов.

Он шёл по направлению к моему домику и увлёк за собой и меня, направлявшегося в главный дом.

В кабинете Немоляев показал мне ученическую тетрадь, заполненную довольно убористым почерком, и, присев напротив, начал рассказывать истории из прошлой жизни Абрамцева, куда он впервые приехал летом 1932 года по рекомендации режиссёра Игоря Савченко, создателя фильмов «Гармонь» и «Тарас Шевченко».

В Абрамцеве в том году уже был открыт дом отдыха работников культуры и просвещения, директором и главным врачом которого служил известный деятель здравоохранения Владимир Петрович Успенский.

Элитные жилые апартаменты располагались в мезонине Аксаковского дома. Совместно с комнатами отдыхающих (да и в самих комнатах) сосуществовал музей, который носил имя писателя Аксакова, смотрителем экспонатов, находящихся в основном в нижнем этаже барского дома, был Леонид Петрович Смирнов, бывший священник, приехавший то ли с Урала, то ли с Дальнего Востока, ставший потом директором музея.

«Меня поселил лично Владимир Петрович, — рассказывал старик, — в просторную комнату в два окна, выходящих на зелёную площадку перед домом, а рядом, сказал он, располагалась комната Н.В.Гоголя, когда тот бывал в гостях у Аксакова; тогда в ней жила весьма строгая и неразговорчивая женщина лет сорока пяти».

Владимир Викторович говорил неустанно, почти без пауз, и мне невозможно было задать ему вопросы, дабы не прервать канву речи. Он рассказал, и я узнал, что в Красной гостиной устраивали музыкальные вечера. Горел камин, играли в четыре руки известные пианисты Григорий Гинзбург и Игорь Аптекарев; актёры читали стихи Э.Багрицкого, Б.Пастернака, танцевали под патефон.

Приходили с дачи художника П.Радимова дочери Маша и Таня, одетые, как барышни-крестьянки в панёвах и платочках, и девушки и парни из Хотькова и деревень Быково и Мутовки.

Всеволод Пудовкин любил танцевать с молоденькими девицами; он вёл в танце партнёршу, «словно в руках его была драгоценная амфора с мальвазией, и он боялся её расплескать».

Вообще в доме отдыха «Абрамцево» было много смеха, каких-то затей, чудачеств, — всего, что делало человека беспечным и счастливым.

В конце своего довольно обширного рассказа Владимир Викторович посетовал на московских издателей, что они не берут его воспоминания к публикации, и я посоветовал ему найти читателей в Загорском районе. Он согласился и попросил меня поспособствовать пристроить текст; я же, в свою очередь, позвонил редактору районной газеты «Вперёд» В.В.Витушкину, который великодушно пообещал материал напечатать, и вскоре воспоминания старого кинематографиста появились на страницах газеты. Это было 30 лет тому назад, а как будто бы вчера. Так летит время.

Старик Немоляев, насколько я его помню, частенько приходил в музей, в одиночестве прогуливался по аллеям парка, и ушёл он незаметно из жизни, тихо, как когда-то встретился мне, робко вступая на тропу и опираясь рукой на клюшку.

Иван РЫБАКОВ,  Заслуженный деятель искусств России